Корифеи искусства организации общественного мнения. демосфен

Корифеи искусства организации общественного мнения. Демосфен В современных условиях, когда на повестке дня в Украине остро стоят вопросы развития демократического правового государства и формирования гражданского общества, особое значение приобретает феномен общественного мнения. Исследование обстоятельств, влияющих на формирование общественного мнения, изучение и обобщение условий ее устойчивости, динамических процессов изменчивости (с целью учета этих факторов в практике общественного управления и т. п.) давно привлекали и сейчас привлекают внимание философов — от классиков (Аристотель, Гольбах, Дидро, Кант, Фихте, Маркс и др.) до современников (Библер, Бубер, Хайдеггер, Хабермас, Каган, Грушин, Толстых и др.), политиков и социологов (Плеханов, Луначарский, Тард, Дюркгейм, Ариарський , Андреева, Овчинников, Павлова, Ядов и др), психологов (Фрейд, Бехтерев, Лебон, Леонтьев и др.), педагогов (Макаренко, Ушинский, Сухомлинский и др.). Целью данного исследования является выяснение исторического процесса становления особого социокультурного явления — искусства целенаправленного формирования общественного мнения, его родоначальников и самых выдающихся представителей. Представляется вполне закономерным, что это искусство возникло в ячейках наиболее развитых демократий — городах Древней Греции и Рима времен республики. Действительно, когда вершителями судьбы города-государства, его населения, оказались Народное Собрание — общее собрание граждан, не у каждого из которых было свое мнение, свое видение назревших проблем и способов их решения, рано или поздно должен был появиться вопрос об обобщении этих различных взглядов , приведения их, так сказать, к «общему знаменателю». И здесь, естественно, наступало время наиболее инициативных, умных, талантливых. Подобное происходило в сфере искусств выступающих-ораторов. Так, например, по свидетельству Аристотеля, рождалась драматическая форма — основа театрального искусства: "Возникнув изначально путем импровизации, и сама она, и комедия (первая — от запевал дифирамбов, а вторая от запевал фаллических песен, которые употребляются и поныне в многих местах) разрослась понемногу путем постепенного развития того, что составляет его особенность. Потерпев многих изменений, трагедия остановилась, приобретя достойной и вполне присущей ей формы «. Конечно, нашлись такие» запевалы-импровизаторы "и в практике проведения Народного Собрания. Имена талантливых, успешных из них остались навсегда на страницах мировой истории. Они, конечно, не «пели», — они говорили :, обращаясь к согражданам, высказывали свое мнение, убеждали в ее правильности, уговаривали, просили, умоляли, предвещали, пугали ... Афинская демократия / — I / ст. породила целую плеяду выдающихся таковых. Выдающимся мастером слова считался и считается Фемистокл выступающих-ораторов — основатель афинской могущества; о Перикла говорили, что его речи были подобные громов и молний; представитель простонародья Клеон, как и идеолог аристократии Ферамен, также оставили свои имена на скрижалях истории древнегреческого красноречия. Правда, все их речи ни были записаны и потомки могут о них судить лишь из преданий или более поздних произведений. Так Фукидид в своей «Истории» вкладывает в уста Перикла блестящую речь. Первым оратором, который стал записывать свои речи, по авторитетному свидетельству Плутарха, считается Антифонт — современник Ферамена. Отметив этот факт, известный исследователь античного ораторского искусства М. Гаспарова писал: "Зато (!) следующие поколения, ряд великих ораторов IV в., уже вошли в литературу с писаными речами (курсив мой — А. Т). Первым в этом ряду стоит Лисий, признанный образец простоты и изысканности; затем — Исократ, «отец красноречия», который сам почти не выступал публично, однако оставил немало написанных речей и воспитал много талантливых учеников; и потом, уже в пору борьбы Афин против македонского наступления на Грецию — лучшие ораторы «македонской партии» (то есть, тех, кто был за покорение Афин Македонии А. Т.) блестящий Эсхин и язвительный Демад и лучшие ораторы антимакедонской партии — резкий Ликург и тонкий Гиперид во главе с величайшим оратором Греции — Демосфеном ". Гаспаров рассматривал ораторское искусство древних в контексте становления художественной литературы — искусства слова (сначала устного, а затем письменной), развития собственно литературы, к тому же — художественной. "Речи Демосфена были вершиной античного красноречия; преклонение перед его гением было всеобщим; Цицерон считал его речи совершенством, Квинтилиан называл его законодателем слова. Параллельно с этим стремительным развитием красноречия и под его ощутимым влиянием развивались и другие жанры художественной прозы ", — утверждает Каспаров и в подтверждение этого тезиса приводит достаточное количество убедительных фактов и исторических свидетельств. Против этого нечего что-либо возразить . Античное красноречие, сначала устное, затем фиксированное письменно, действительно сыграло важную роль в становлении художественной литературы, и в развитии философии. Эти аспекты являются наиболее распространенными в исследованиях красноречия как особого литературного жанра. Однако, нас интересует не само по себе красноречие ("в чистом виде»), не ораторское искусство как таковое, и не его неоспоримое влияние на становление художественной литературы так же, как и на развитие античной философии, софистики, а, главным образом, жизненно-практический аспект как возникновение, так и «исчезновения» античного ораторского искусства, его роль как средства выражения и, особенно, организации общественного мнения. Нелишне к оценке ораторского искусства напомнить, что такой подход не лишен традиции. Достаточно сослаться на авторитет Плутарха, который в своей пятой (по счету) книге сравнительных жизнеописаний, рассказывая о Демосфена и Цицерона, отказался «сравнивать их речи, чтобы решить, кто из них говорил убедительнее или приятнее», и решил, что следует " их нрав и образ мышления ... изучать и сопоставлять с их поступками и государственной деятельностью ". В V в. до н. э., во время подъема и расцвета греческой рабовладельческой демократии складывалось и тогдашнее представление об идеале человека. Не должно вызывать удивления, что в своей основе это был образ «общественного, государственного» мужа "(ν ρ π ο λ τ κ ο ς) — человека, способного в своих руках держать управления государством; и понятно, что умение (искусство) владеть словом было непременным и самым необходимым чертой этого образа. Глашатаями этого идеала человека во второй половине V в. до н. э. были,. в частности, путешествующие «учителя мудрости» — софисты.